Publications

Ответственные финансы в России | Инструменты

Развитие ответственного инвестирования в России


Проекты социального воздействия (Social Impact Bond, SIB — облигации социального воздействия) — это финансовый инструмент, который подразумевает многосторонний контракт между государством, инвестором и исполнителем социальной услуги. Характерной чертой является то, что оплата осуществляется только после достижения социального эффекта.

Проекты социального воздействия предполагают привлечение средств частных инвесторов на решение социальных задач, а средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации предоставляются после достижения заранее определенного социально значимого эффекта.

Во второй половине ХХ в. появилась тенденция к увеличению интереса к социальному инвестированию по всему миру. С опозданием на пару десятков лет данная тенденция затронула также отечественные компании. Особенно это актуально для России, так как наша страна пытается перейти к постиндустриальному обществу, для которого характерен инновационный путь развития и в котором основная часть населения задействована в третичном секторе экономики — сфере услуг, а не в промышленной, по сравнению с индустриальным обществом. Для осуществления данного перехода в нашей стране необходимо добиться баланса между социальной справедливостью и экономической эффективностью бизнеса. Для нахождения данного баланса прежде всего необходимо понять сущность социального инвестирования и его развития в мировой практике.

Самыми популярными направлениями импакт-инвестирования в 2012 году стали поддержка сельскохозяйственного производства (57% организаций), доступное здравоохранение (51%), финансовые услуги, микрофинансирование и образование (по 47, 46 и 45% соответственно). Наибольшая доля социальных инвесторов работают с предприятиями, находящимися в стадии становления (51%), а также с устойчивыми предприятиями в стадии роста (78%), а на стартапы приходится лишь 18% вложений.
Основными элементами системы ответственного инвестирования выступают субъекты (инвесторы) и объекты (получатели) инвестирования, а также основные финансовые инструменты, с помощью которых происходит предоставление финансовых ресурсов.

К основным субъектам рынка импакт-инвестиций относятся физические лица, кредитные союзы, общественные фонды и банки развития, венчурные фонды и специализированные фонды недвижимости, больницы и медицинские образовательные учреждения, религиозные организации и др.

В зависимости от механизма и порога инвестирования данных субъектов их принято подразделять на частных и институциональных. В целях характеристики глобального рынка ответственных инвестиций предполагается, что частные инвесторы представлены физическими лицами, которые используют механизмы коллективного инвестирования, позволяющие вкладывать относительно небольшие суммы. Институциональные (пенсионные фонды, страховые компании, университеты и др.) инвесторы используют прямые механизмы инвестирования и, следовательно, инвестиционные продукты с оптовыми характеристиками. Институциональные инвесторы активно участвуют в формировании и продвижении стандартов ответственного инвестирования.

Так, по инициативе и при поддержке ООН, институциональными инвесторами были разработаны принципы ответственного инвестирования (Principles of Responsible Investment, PRI), состоящие в следующем:

  • включать вопросы ESG в инвестиционный анализ и процесс принятия решений;

  • быть активными собственниками и включать вопросы ESG в политику и практику владения;

  • добиваться от объектов инвестирования должного раскрытия информации по вопросам ESG;

  • содействовать принятию и применению PRI в инвестиционной отрасли;

  • работать сообща, чтобы повысить эффективность в применении PRI;

  • отчитываться о своей деятельности и прогрессе в применении PRI.

Основные объекты рынка ответственных инвестиций представлены компаниями и проектами, которые отвечают критериям ответственного инвестирования (компании-цели и целевые инвестиционные проекты). Перечень факторов, которые важно учитывать при разработке данных критериев, апеллирует к ESG-принципам и, соответственно, может быть детализирован по трем составляющим: экологические (к ним относятся изменение климата, выбросы парниковых газов, истощение природных ресурсов, загрязнение окружающей среды), социальные(отношения с местными сообществами (в том числе коренными народами), обеспечение здоровья и безопасности, установление отношений между сотрудниками, соблюдение прав человека, ответственность бизнеса перед обществом и др.), экономические(выплаты топ-менеджерам, коррупция, структура руководства, налоговая стратегия, эффективность менеджмента, наличие стратегии корпоративной социальной ответственности).

Рассматривая особенности проектного финансирования, нельзя абстрагироваться от схем с государственным участием. Это поднимает вопрос о более широком представлении системы ответственного инвестирования, в которой, безусловно, есть место и для государственного долга, и для бюджетного финансирования, и для системы регулирования. Тем не менее об ответственных инвестициях, как правило, принято говорить в контексте рыночных отношений, что влияет на восприятие объемов рынка и драйверов его развития. Что же касается рыночной системы ответственного инвестирования, основные потоки финансовых ресурсов в ней мобилизуются институциональными инвесторами, предъявляющими спрос на инструменты финансового рынка, включая инвестиционные паи, акции, облигации и другие ценные бумаги, отвечающие требованиям особых инвестиционных стратегий.

По оценкам GSIA, в начале 2018 года совокупный объем пяти крупнейших рынков ответственных инвестиций превысил 30 триллионов долларов США, составляя в среднем около 41% профессионально управляемых активов (для сравнения двумя годами ранее значения аналогичных показателей были около 23 триллиона долларов США и 31% активов соответственно). Лидерами по объему финансовых активов на рынке, как и ранее, выступили развитые страны Европы и США, за ними со значительным отрывом расположились Япония, Канада, Австралия и Новая Зеландия.

Таким образом, рынок ответственных инвестиций находится на этапе активного роста, что создает новые вызовы и возможности развития для Российской Федерации. В последние годы в этом направлении проводятся активные исследования, которые, однако, в основном сосредоточены в области зеленых финансов, поэтому соответствующие выводы и рекомендации требуют дополнения и развития. Характерно, что повышенное внимание в данных исследованиях уделяется государственному регулированию, роли институтов развития и банковскому сектору. Это коррелирует с особенностями российской финансовой системы, функционирующей по неоконтинентальной модели, но ставит под вопрос эффективность и жизнеспособность системы ответственного инвестирования, в которой будут превалировать бюджетная и банковская составляющие. Перспективы рынка ответственных инвестиций в России в основном оцениваются сдержанно. В числе основных вызовов в литературе отмечаются: дефицит достоверной, сопоставимой, достаточно полной и доступной информации об экологическом и социальном воздействии компаний; регуляторный вакуум; низкий уровень осведомленности и заинтересованности инвесторов, корреспондирующий с дефицитом социальной ответственности отечественного бизнеса; фактическое отсутствие инструментов ответственного инвестирования; международные санкции.

По мнению профессионалов финансового рынка, развитию ответственного инвестирования в России препятствуют низкая прозрачность российских компаний, недостатки в корпоративном управлении, слабое внимание бизнеса к экологическим проблемам, высокая концентрация финансового рынка на сырьевых компаниях, менталитет населения, которое не проявляет заметного интереса к ESG-принципам. Важно добавить, что в России с ее относительно низким уровнем национального финансового благосостояния и формирующимся финансовым рынком мало востребованы услуги по управлению активами, что ограничивает внедрение ведущей международной практики. В то же время главные возможности для России заключаются в том, что она может реализовать модель догоняющего развития, используя опыт развитых и развивающихся стран.

Становление национального рынка ответственных инвестиций имеет репутационные преимущества, которые на современном этапе развития финансовых систем могут быть капитализированы. Внедрение инструментов ответственного инвестирования способно повысить финансовую доступность, положительно влияющую на социально-экономическое развитие сообществ, регионов и отраслей. В конечном счете, функционирование системы ответственного инвестирования способно оказывать положительное влияние на экологическую и социальную сферу, а также на управленческие практики, способствуя достижению целей устойчивого развития.

В качестве наиболее заметных тенденций импакт-инвестирования сегодня можно отметить появление сетей социальных инвесторов, разрабатывающих общие стандарты сектора и формирующих платформы для общения и партнерства социальных инвесторов. Примером такой сети служит GIIN (Global Impact Investing Network — Глобальная сеть социальных инвесторов), объединяющая более 1000 фондов и организаций, занимающихся социальными инвестициями.

Фонд «Наше будущее» стал первой российской организацией, которая входит в Глобальную сеть и представляет не Российскую Федерацию, но и всю Восточную Европу. Статус члена сети позволяет участвовать в закрытых мероприятиях, конференциях, дискуссиях и презентациях о новейших исследованиях и программном обеспечении в сфере импакт-инвестирования, получать информацию об актуальных тенденциях от лидеров отрасли и экспертов, участвовать в обучающих программах и семинарах по методам и инструментам оценки социального воздействия, налаживать связи и общаться с другими членами сети. Членами организации в настоящий момент являются 197 организаций по всему миру. Среди них: KPMG, McKinsey & Company, Moody’s Analytics, Nesta, Rockefeller Philanthropy Advisors, Shell Foundation, Social Finance — U.K. and U.S., The Social Investment Business Group, U.S. Agency for International Development (USAID), Ernst & Young, IMB Foundation.

Привлечение бизнеса к решению социальных вопросов практикуется во всех регионах России — частные школы, детские сады, другие проекты в образовании, поддерживаемые крупными компаниями, начинает набирать популярность создание частных пансионатов для пожилых людей. Увеличивается количество НКО-поставщиков социальных услуг, на законодательном уровне.

Например, в 2019 году было закреплено понятие социального предпринимательства и сейчас ведется активная работа по увеличению доли негосударственных и некоммерческих организаций в оказании социальных услуг населению. Становится очевидным, что увеличение роли бизнеса в решении социально значимых вопросов — вопрос времени и усилий основных стейкхолдеров, заинтересованных в том, чтобы решения в социальной сфере становились еще более эффективными и прагматичными, и приводили к повышению уровня удовлетворенности населения и созданию новых инвестиционных проектов в социальной сфере. А это возможно только когда государство сможет создать новые правила игры на поле социальной сферы для более мотивированных и результативных игроков — бизнеса и НКО.

На международном экономическом форуме в Петербурге в июне 2019 года были подписаны соглашения о реализации первого пилотного проекта социального воздействия в Республике Саха (Якутия). Проект будет реализовываться в период с 2019 по 2022 годы, его цель — повышение образовательных результатов учащихся школ. Он направлен на рост качества общего образования, повышение конкурентоспособности человеческого капитала и трансформацию организационно-управленческих механизмов общего образования. В проекте будут участвовать около 5 тысяч учащихся 27 школ муниципального района «Хангаласский улус».

В России социальное инвестирование — явление довольно новое. Именно поэтому организациям, которые хотели бы развивать это направление в нашей стране, важно иметь общую базу понятий и наиболее эффективных инструментов, позволяющих избегать материальных и временных потерь и обеспечивающих максимальный социальный эффект.

Читать далее:


  • Dear A., Khelbitz A. Social Finance. 2016, p. 60

  • Malgan Dzh., Rider N. Young Foundation. 2011, March, p. 38.

  • Vitfild D. An alternative for state private financing of general welfare: a global analysis of such projects as social bonds, payment for success and social development bonds. University Adeleyd, 2015, 105 p.


Все актуальные новости в мире импакта, устойчивого развития и smart-финансов на нашем официальном Телеграм-канале IxD Capital | Impact Channel
Инвестиции